Кремлевская набережная

Правее Большого Каменного моста, ближе к Водовзводной башне, в облицовке набережной виднеется большое отверстие. Это жерло трубы, в которую была заключена Неглинка в 1817-1819 годах при создании Александровского сада. Руководил работами военный инженер Егор Челиев, изобретатель цемента, затвердевающего в воде. Диаметр трубы составляет около 5 метров, что сравнимо с тоннелем метро. Чтобы избежать наводнений при ливнях или резком таянии снегов, подземный коллектор проложили с большим уклоном (на некоторых участках – 5 сантиметров на метр). Этого было вполне достаточно для ситуаций, когда ничего особенного не происходило, – но если уж Неглинка получала хоть маленький повод проявить характер, она его не упускала. В окрестностях Трубной площади подтопления происходили регулярно, до середины ХХ века, а в июле 1965 года в результате продолжительных ливней была покрыта водой и центральная часть города на площади более 25 гектаров. На этом терпению городских властей пришел конец, и в следующем году щитовым способом (как это делают метростроевцы) под Зарядьем был построен новый коллектор до Москвы-реки, и с тех пор Неглинка уже не позволяет себе лишнего.

Почти всю Кремлевскую набережною занимает южный участок кремлевской крепости. Из того, что довелось испытать этим стенам, самым пустяковым можно считать пронесшийся над Москвой в ночь с 20 на 21 июня 1998 года страшный ураган, сорвавший со стены несколько зубцов. Не прошло и суток, как они были водружены на место. Городу эта ночь обошлась дороже – 8 погибших и более 150 раненых, а уж поваленных деревьев, поврежденных автомобилей было просто без счета. Более серьезный ущерб нанесла Кремлю немецкая авиация при первом массированном налете 21 июля 1941 года. Одна бомба попала в Большой Кремлевский дворец, пробила перекрытие в Георгиевском зале, воткнулась в пол и не взорвалась. Другая взорвалась, но метрах в тридцати от здания, в Тайницком саду. Еще в разных частях Кремля упало несколько термитных зажигательных бомб, но они были быстро потушены. Всего за первые годы войны на территорию Кремля упало 15 фугасных и сотни зажигательных бомб, но сильным разрушениям подверглось лишь здание Арсенала.

Как сообщают справочники, «с наружной стороны кремлевские стены завершаются 1045 зубцами. Ширина зубцов 1-2 метра, толщина – 65-71 сантиметр, высота 2-2,5 метра. Протяженность кремлевских стен составляет 2235 метров, толщина – от 3,5 до 5,5 метра, высота от 5 до 19 метров (от поверхности земли до зубцов)». Ближняя к Каменному мосту стройная круглая башня первоначально называлась Свибловой, а название Водовзводная закрепилось за башней в 1633 году, когда в Кремле появился водопровод. Механик и часовых дел мастер Христофор Галовей установил водоподъемную машину, качавшую воду из колодца в подвале башни в свинцовый водоем, устроенный в ее верхней части. Оттуда вода по свинцовым трубам текла в водовзводную палатку, стоявшую около Старого Денежного двора и Верхнего Набережного сада, и дальше расходилась по различным помещениям Кремля.

Часть Кремлевской стены с Тайницкой, 1-й и 2-й безымянными башнями была разобрана в 1770-х годах при строительстве Большого Кремлевского дворца и восстановлена в 1780-х. Разобранную Баженовым отводную стрельницу Тайницкой башни тоже отстроили заново, но значительно позже – в 1862 году это сделал архитектор Кампиони. Оборонительного значения к тому времени стрельница уже не имела, но установленные на ней орудия использовались для производства праздничных салютов. В очередной раз ее разобрали в 1932 году, так что эти орудия еще успели поучаствовать в артиллерийской дуэли в октябре 1917 года, когда большевики обстреливали Кремль с Воробьевых гор. Серьезнее всего пострадала тогда Никольская башня (ее рухнувшие части почти накрыли расположенный напротив Казанский собор), а также Спасская (снарядом были выведены из строя куранты) и Беклемишевская (был сбит верхний шатрик башни).

Но больше всего Кремлю досталось от французов. Покидая Москву, император Наполеон приказал взорвать Кремль, а заодно и храм Василия Блаженного, который почему-то назвал мечетью. И Москва, и Кремль принесли Бонапарту сплошные разочарования. Несколькими днями раньше, услышав от кого-то, что крест на центральном куполе Благовещенского собора якобы отлит из чистого золота, император пожелал забрать его в Париж в качестве трофея. Как выполнить этот приказ, французы не знали. К тому же кто-то перепутал Благовещенский собор с колокольней Ивана Великого – видимо, самый высокий крест воспринимался как главная святыня. В конце концов нашелся какой-то русский мужик, который забрался на колокольню и закрепил веревку на кресте.

При спуске верхолаз сорвался и разбился насмерть (а по другой версии – был расстрелян по приказу самого Наполеона либо за то, что предал своих, либо потому, что император вспылил: поверженный наземь крест оказался всего лишь позолоченным). Разочаровал корсиканца и Кремль, не пожелавший взлететь на воздух. Саперам маршала Мортье удалось взорвать только Арсенал и три башни: Водовзводную, Никольскую и Тайницкую. Еще две, Арсенальная и Боровицкая, а также прогневившая императора колокольня были повреждены взрывной волной. Спасскую башню взорвать не успели, хотя тлел фитиль уже и под нею, и под Иваном Великим, – но дождливым был тот октябрьский день, и подвело французов все, что могло отсыреть, а тут уже и передовой отряд казаков подоспел…